Архив рассылки "Рассказы о рыбалке".

Выпуск № 131

РЫБНЫЕ ВОЙНЫ

Автор: Сергей Есенин SEsenin@yandex.ru

Часть 1.

Все! Приготовления закончены, и Сергей Елов уже собрался нажать на кнопку, но в последний момент остановился, поднес указательный палец к нижней губе, как всегда делал, когда о чем-то задумывался, и еще раз прошелся по пунктам.

- Так, начнем с даты и места, - в углу голографического табло бледно красным цветом значилось «22 мая 1880 года» и строкой ниже «Пруд на территории парка Московского Университета».

- С этим ясно. Данные о погоде? – нейрокомпьютер выдал результаты запроса, и Сергей снова пробежался взглядом по вызванным из Всемирной Базы Данных изображениям древних записей. В них говорилось, что погода в этот день в Москве была замечательная: небо безоблачное, очень тепло, ветер слабый юго-юго-западный, - для рыбалки лучше не придумаешь.

Вообще, рыбалка в Прошлом всегда оказывалась гораздо более прогнозируемой, чем в Будущем. Объяснение простое до безобразия – вся информация с тех пор, как люди научились писать и стали оставлять на бумаге, камнях, в компьютерных системах и, Бог знает, где еще объективные данные, хранилась во Всемирной БД и могла в любой момент быть затребованной и полученной. Разумеется, в том числе и информация о гидрометеорологических условиях. Имея возможность узнать о погоде за любой срок до и после намеченной даты рыбалки в выбранном месте, гораздо проще с большой долей вероятности предположить, какая рыба, на что и как будет ловиться.

Чего не скажешь о Будущем: ведь для того, чтобы получить такие же данные о намеченном даже в не очень отдаленном Будущем дне (а нужна информация хотя бы о неделе до и о неделе после), нужно сделать минимум пятнадцать хроноскачков. А как известно, предел организма человека – три скачка в сутки. Таким образом, получается, что на подготовку рыбалки уйдет не менее пяти суток. Но и при этом, достоверность данных далеко не стопроцентная, а определяется функцией событий. Другими словами, Будущее полностью определяется Настоящим, то есть тем, как ведут себя люди, птицы, звери и прочие твари каждую секунду своей жизни. Хотя, конечно, больше это относится к человеку как к существу, давно уже подчинившему своей воле свои же инстинкты.

Кто знает, что взбредет в голову, например, оунеру Камчатского Мегаполиса, куда вы собираетесь порыбачить на озерах между сопок, за десять, к примеру, дней до намеченной вами даты прыжка? Может, он возьмет, и устроит своим согражданам праздник и прикажет по этому случаю настроить хорошую погоду? И по известному всем закону, срок действия настройки выйдет за сутки до времени вашего скачка. И окажется, что ждет вас на месте не спрогнозированная теплая, солнечная погода, а проливной дождь да ураганный ветер – обязательный отклик природы на вмешательство человека. Да мало ли что?

Поэтому Елов гораздо больше любил рыбачить в Прошлом. Да и вообще он считал, что во всем должен быть порядок, следствием которого является прогнозируемость результата, причем обязательно положительного результата – всегда и во всем! А рыбалки в Будущем – пусть ими занимаются экстремалы, которым все равно, где, когда и зачем ловить, и которые поэтому делают скачки, куда придется. Они получают наслаждение от неизвестности и счастливы, когда новое место преподносит им сюрпризы (особенно неприятные), заставляет работать на пределе возможностей мысли и тела. Каждый самоутверждается, как может. Сергей же уже давно стал считать себя вполне состоявшимся человеком, нашедшим свое место в жизни, чем и объяснял свою приверженность к рыбалке спокойной и предсказуемой. И хорошо подготовленной!

- Так, теперь нейтрализаторы, - он проверил комлектность. – Нейтрализатор памяти на месте, материальный нейтрализатор там же. Порядок.

- Маскировка, - рыбак включил маскголограмму и подошел к зеркалу, в котором увидел себя же, но не в стандартной современной рыболовецкой спецовке, а в одежде, стилизованной под конец девятнадцатого века прошлого тысячелетия (спасибо все той же ВБД). – Годится. Интерпритатор?

Елов достал из нагрудного кармана небольшое устройство, напоминающее мобильный телефон-раскладушку, какие очень популярны были в начале двадцать первого века, и сделал несколько пробных заказов. Сначала обычную вакуумуглетитановую телескопическую шестиметровку – с учетом настроек времени и места рыбалки она отобразилась в зеркале длинной ореховой «дубиной» с толстой леской, большой гайкой вместо микрогруза и грубо сработанным кованным крючком вместо изящного «Daidi-Hook-Titanium». Потом подсачок, который при появлении испытал не меньшие искажения схемой голографической маскировки. И, наконец, спиннинг, который по понятным причинам вообще не появился, поскольку в те времена такой снасти не было вообще, даже в виде прототипа. Именно эту причину отказа в выполнении запроса и выдал интерпритатор, доказав свою работоспособность и исправность. Все эти приборы – нейтрализаторы, интерпритатор, маскголограф – предписывалось в обязательном порядке иметь любому путешественнику во Времени «Правилами и тактикой хроноскачков». Простая необходимость – ни коим образом нельзя оставлять никакие следы своего пребывания в Прошлом, так как это неизбежно отражается на Настоящем и Будущем. Особенно следы психофизических контактов с «временными аборигенами». Поэтому полагалось нейтрализатор памяти, например, включать еще до совершения скачка, чтобы любой встречный человек, потеряв вас из поля своего зрения, одновременно напрочь терял вас и из своей памяти – не было тут никого и все. Материальный же нейтрализатор предназначался для уничтожения любых утерянных или забытых предметов и включался на короткое время перед самым обратным скачком. Он находил с помощью молекулярного экспрессанализа все такие предметы и разрушал их структуру направленным нейтронным ударом или адаптировал, по возможности, к допустимым текущей временной координатой параметрам, преобразуя их во что-то обычное для этого Времени. Однако второй вариант считался практически недопустимым и мог быть применен только в исключительных случаях, подробно описанных «Правилами». Убедившись, что нейтрализатор памяти установлен в режим полного сканирования и все фильтры деактивированы, проверив наличие остальных, уже не столь обязательных, но тоже нужных мелочей и успокоившись, Сергей, наконец, нажал на кнопку и…

…И вот оно раннее утро майского дня года 1880. Он шел по аллее к пруду – обычный рыбак – молодой человек лет двадцати пяти отроду, в потертых штанах, не совсем свежей рубахе и соломенной шляпе. И никто не видел, что идет он, ориентируясь на местности по карте, отображенной нейрокомпьютером на мерцающем голографическом экране, плывущем в воздухе в полуметре от него. Встречные люди вежливо здоровались и, разойдясь с ним, тут же забывали, что кого-то видели, не догадываясь, что толстенная ореховая дубина в его руках – это, на самом деле, тонко настроенное удилище, попавшее сюда из 2456 года. Никому не ведомо было, что в другой его руке не ржавое ведро, а садок из лазерной сетки и что штаны и рубаха - это, в действительности, напичканный электроникой и подключенный все к тому же нейрокомпьютеру спецкомбинезон с регулируемыми параметрами подогрева или охлаждения, проницаемости для воздуха и воды и множеством других полезных функций.

Сведения о погоде, похоже, не врали - по всему видно было, что день будет очень теплым и безоблачным: на молодой зеленой траве лежала довольно обильная роса, поднимающееся Солнце мягкими теплыми руками своих лучей ласково обнимало деревья, землю и показавшийся из-за поворота аллеи пруд, громко на разные голоса щебетали птицы, а где-то в дальнем конце парка заливался утренней песней соловей. И прибавьте к этому еще абсолютно чистый и свежий весенний воздух, совсем не затронутый еще бурным человеческим прогрессом…

Красота и благодать! Ради одного только, чтобы пережить это ощущение, когда ты весь сливаешься с природой, когда она пронизывает тебя насквозь, стоит отправиться на такую рыбалку! А если еще и клев будет подстать!.. Кстати, о клеве – задумавшись, Елов и не заметил, как вышел к водоему. Пора уже было подыскать подходящее место. Рыбак из Будущего достал из левого кармана комбинезона маленький серебристый шарик, щелкнул по нему ногтем и легонько подбросил. Шарик загорелся призрачным неоновым светом и на мгновение завис в воздухе, а затем медленно поплыл, облетая пруд по периметру. Это был обычный дешевый портативный дзетта-лучевой сканер, который собирал информацию о подводном рельефе водоема и его обитателях в реальном времени и передавал в нейрокомпьютер для отображения на экране, позволяя человеку сориентироваться, где и какая рыба стоит и насколько она активна.

Что ж, датчик, как и предполагалось, показал, что сегодня крупный карась (а именно за этой рыбой собирался Сергей) гуляет по всему водоему, предпочитая относительно мелкие, хорошо прогретые места. Особенно большое скопление трофейных экземпляров наблюдалось метрах в тридцати правее того места, где рыболов вышел к пруду. Там в восьми метрах от берега сканер нашел глубокую яму с выходом на метровой глубины бровку. У этой бровки собралась приличная стая больших карасей, и здесь Сергей и решил начать ловлю.

Поравнявшись с ямой, он обнаружил, что там уже есть обустроенное и насиженное местечко. Однако, во-первых, Сергей не любил, когда рыбаки занимают заботливо ухоженные, прикормленные чужие места, и сам этого никогда не делал, а во-вторых, прибор показывал, что гораздо больше перспектив даст расположение пятью метрами правее – там бровка проходила ближе всего к берегу, и можно было опустить приманку прямо на спаде.

Рыбак, осмотревшись, решил еще раз воспользоваться интерпритатором и запросил еще две такие же удочки, которые мгновенно и получил. Таким же образом были вызваны прикормка и насадка. Первая представляла собой смесь жмыха, пшеницы, перловки, мелкого мотыля, сухарей и пшена, сдобренная чесночком и корицей для аромата. Вторая – та же пшеница с перловкой, а еще превосходные черви (самые, что ни на есть навозные, с неповторимым терпким запахом), и опарыш, и болтушка из манки – в общем, полный набор. И все это в аккуратных маленьких коробочках, оснащенных регулятором терморежима, которые стороннему человеку маскголограф показывал в виде небольших стеклянных баночек (как из-под микстуры в аптеке).

Все это он проделал весьма вовремя, поскольку с другой стороны пруда к нему неспешно приближался молодой человек лет двадцати при полной рыболовной амуниции – явно владелец прикормленного местечка. Зная, что, в любом случае, придется общаться с этим парнем, рыбак включил «фильтр первого слова» в настройках нейтрализатора памяти. Это означало, что следующий человек, который заговорит с ним, не будет «забывать» о нем, как только отведет взгляд в сторону до тех пор, пока фильтр не отключить. Как только настройки нейтрализатора будут сброшены к исходным (что обязательно выполняется перед обратным хроноскачком), из памяти этого человека сотрется вся опасная информация без ущерба для его психического и физического здоровья. Данная операция вполне допускалась «Правилами», и Елов воспользовался этим, тем более, что любил общаться на рыбалке с единомышленниками. Пусть даже они из прошлого тысячелетия.

А парень подошел к нему с приятной улыбкой на лице.

- Доброго здоровья Вам. Спасибо, что не заняли мои рыболовные редуты. Позвольте отрекомендоваться: студент медицинского факультета Московского университета, в парке которого мы с вами сейчас и находимся. Зовут Антон, а фамилия моя вам вряд ли что-то скажет. Да-с. Позвольте полюбопытствовать встречно, с кем имею честь?

- И Вам, Антон, здоровья крепкого, - Елов отвечал в том же стиле – краткий курс гипноуроков, загружаемых непосредственно во время любого хроноскачка и предназначенных для максимально быстрой адаптации к местовременным условиям не прошли даром. – Сергей. Фамилия моя не более примечательна, нежели Ваша, а поэтому обсуждения не заслуживает. Приехал в Москву по служебным делам и остановился у знакомого чиновника. Да тот занят постоянно, вот и решил я отвести душу на местном прудке – потешиться карасиками. А про место Ваше – так тут ничего особенного. Сам терпеть не могу, когда чужие труды пользуют всякие наглецы. А тут сразу видно – человек усердно старался, обустраивал, - при последних словах Антон слегка потупил свой взгляд и зарделся - видно, Сергей точно угадал его мысли.

- Вы в первый раз здесь? – спросил Антон и, увидев утвердительный кивок головой, продолжал. – Надо же, а ведь нашли сразу самое хорошее место! Вон, на том берегу сколько колышков стоит. Ходят туда многие местные рыбаки, кормят карася и ловят тоже неплохо. Ан, нет! Самые большущие рыбины здесь крутятся. Я тут все дно знаю. Там, - он указал перед собой, - яма глубокая и спад в нее резкий, а куда забросить можно – не сильно глыбко. Вот с ямы-то караси-великаны и приходят сюда покушать моего прикорма да и попадаются мне. Так-то…

Сергей поддакивал, покачивая головой: мол, и правда, повезло – нашел «клевое» место с первого раза. А тем временем все три удочки у него были готовы к забросу, и сейчас он занимался тем, что делал комки из прикормки и забрасывал их точно в предполагаемую зону ловли, которая ясно очерчена была на его экране, не забывая и приглядывать за перемещениями рыбы. Сосед тоже не отставал и даже опережал: к тому времени, как Елов приготовился сделать первый заброс, Антон уже сидел и внимательно наблюдал за своими поплавками.

Вот и заброшены все три удочки, и лежат себе на колышках, заранее заботливо установленных в воде. И замерли, не шелохнутся изящные легкие поплавочки, изготовленные из полипены, которые соседу кажутся такими же, как у него самого, гусиными перьями. И точно так же замерли в ожидании поклевки рыбаки, затаили дыхание и ждут. Какие уж тут разговоры до первой рыбы?

Оба человека – и самый обычный местный рыболов и рыбак из Будущего – с нетерпением ждали. Ждали одного и того же, но по-разному. Первый, поджав от усердия и напряжения губы, просто пытался уловить малейшее необычное колебание поплавка, чтобы не пропустить удобный для подсечки момент. Второй же, хотя со стороны казалось, что занят тем же, на самом деле терпеливо наблюдал на своем дисплее за медленными движениями крупных рыб. Даже слишком, нет, чудовищно медленными движениями! Огромные караси будто издевались: они спокойно плавали вокруг приманки на прикормленном месте, задевали друг друга плавниками, словно здоровались, а то начинали ворошить ил, словно подводные кабаны, нахально подбирая в поднятой мути разные ароматные съедобные вкусности и выпуская со дна на поверхность воды множество пузырьков болотного газа.

Вся эта картина вызывала здоровое негодование у Сергея: еще бы, ведь вот, какие наглецы – плавают тут, бессовестно жрут прикормку, а чтобы клюнуть, так нет?! Ну и кто они после этого? Правда что, свиньи болотные, а не караси! Елов с досады даже отключил сканер, чтобы не видеть больше это дущераздирающее зрелище. Немного успокаивало только то, что у Антона, судя по пузырям вокруг его гусиных перьев, ситуация складывалась не лучше. Вот тут-то и потянул легонько «слабый юго-юго-западный ветерок», и освежил рыбацкие мысли. И тихонько сдвинул с места поплавки, а через мгновение и наживка на крючках еле заметно шевельнулась, и… у обоих одновременно клюнуло! Секунду назад поплавки легонько покачивались на мелкой ряби, как вдруг исчезли под водой. Подсечка, и зазвенели лески, согнулись в дугу удилища, удерживая мощные рывки тяжеленных рыбин. Какой упоительный момент! Занятый борьбой, Елов едва успел краем глаза заметить, что исчез в воде и поплавок соседней удочки. Левая рука не подвела – умело сделала подсечку, но теперь Сергею оставалось только дожидаться, когда свой бой с карасем закончит Антон – больше помощи ждать не от кого, а в одиночку справиться сразу с двумя матерыми противниками – это вряд ли.

А тот, тем временем, уже завел превосходную серебристую рыбу в самодельный, достаточно просто сделанный, но вполне работоспособный подсачок и сейчас как раз вынимал уже на берегу крючок изо рта карася.

Антон отбросил свой трофей подальше от воды и поспешил на помощь соседу.

- Бегу, бегу! Эк, повезло-то, а! Сейчас мы их, голубчиков, сейчас! Ну, где вы там, цари подводные?

- Антон, достаньте, пожлуйста, из воды третью удочку – мешает жутко. Еще чуть в сторону эта бестия рванется – перепутает все снасти намертво, - орал Сергей изо всех сил удерживая удилищами разбушевавшихся рыб.

- Это мы мигом! Сейчас! - Антон ловко перекинул сачок в левую руку и потянулся правой за удочкой.

Однако не суждено ему было удивиться тому, что такая страшная с виду толстая ореховая палка странным образом чрезвычайно удобно ложится в руку. Да и весит она раз в десять меньше, чем должна бы. Не суждено. Потому что прозевали они момент поклевки – оба горе-рыбака, и мощная рыба стрелой понеслась в глубину, напуганная уколом острого жала крючка, рванув за собой чудо-удочку из Будущего прямо из-под руки ошалевшего Антона.

- Вот это да-а-а, - только и сумел произнести он. Но, надо отдать ему должное, очень быстро оправился от изумления и стремглав бросился помогать Сергею.

На удочке, которую Елов держал в правой руке, карась уже утомился, да и воздуха успел глотнуть, поэтому не потребовалось много времени и усилий, чтобы подвести его к берегу, подсачить и вытащить на сушу. Этот экземпляр тянул не меньше, чем на полтора килограмма. Но вот уже он отброшен подальше, и можно, наконец, сосредоточиться на вываживании его сородича, явно еще более крупного.

Антон стоял рядом слева от Сергея, стараясь не мешать ни действиями, ни бестолковыми советами (за что Елов был ему несказанно благодарен), и наблюдал за «работой» опытного рыболова. Да, опытного, гораздо более опытного, чем сам Антон, – в этом он себе без ложных обид и без стыда мысленно признался. Сейчас же он стоял и наблюдал, с каким хладнокровием и знанием дела Сергей то дает рыбе метаться и делать круги в воде, а то начинает осторожно поднимать ее ближе к поверхности. Он наблюдал и старался делать выводы… Жаль только, что когда Сергей засобирается обратно в свое Время, вся эта полезная информация все равно сотрется из памяти Антона – строго в соответствии с «Правилами» Елов обязан будет изменить настройки нейтрализатора. Но сейчас до этого было еще далеко, и более молодой рыболов пытался перенять навыки у своего старшего «коллеги». Как говорится, «учиться, учиться и еще раз учиться», - как завещал… кто?.. Да, да, именно он.

И вот, наконец-то, и этот подводный великан устал, лег плашмя и был весьма споро доставлен в подсачок, а затем и на берег.

- Ух, ты! Таких я еще ни разу не видел! – восхищался Антон.

Да и было чем: на земле лежал обессилевший трехкилограммовый серебряный карасище, переливаясь блестящей чешуей в лучах теплого майского солнца. Он совсем не шевелился – только жабры медленно поднимались и опускались, да широко раскрывался рот. Рыба словно беззвучно говорила: «Замучали вы меня! Все! Не могу больше! Делайте со мной, что хотите!» И только печальные глаза умоляли: «Может, отпустите, а?»

«Отпущу, обязательно отпущу», - думал Сергей. – «Только чуть позже. Чуть-чуть. Потерпи, родной, немного».

А вслух сказал другое.

- Полезай-ка, милый, в ведро, - и положил карася в свой лазерный садок. – И ты к нему пожалуй, - полуторакилограммовая рыбина попала туда же.

- Ай, да Вы мастер, Сергей! – Антон все-таки выразил свое восхищение словами и стащил с головы свою соломенную панаму. – Снимаю шляпу перед магом и волшебником рыболовом. Я еще не имел удовольствия наблюдать ничего подобного и весьма благодарен Вам за рыбацкую науку.

- Что Вы, Антон! Какое там «мастер», «маг». Любители мы. Везет просто жутко, - со слегка смущенной улыбкой отвечал Елов.

На самом-то деле, он давно уже привык к подобным ситуациям: люди, рядом с которыми случается ловить, не зная, с кем имеют дело, относят работу простых технических устройств (которых они, естественно, не видят) на счет умения и (или) везения человека. И тогда возможны только два варианта реакции. Первый - как с Антоном – человеком дружелюбным, честным и искренним. Второй же – когда попадается какая-нибудь тварь двуногая, злобная и завистливая. Тогда такой сморчок ушастый насупливается, умолкает, скрежещет зубами и бросает косые взгляды. А кончается все тем, что либо тот собирает манатки и убирается подальше от «везунчика», благополучно забывая о его существовании и тем самым успокаиваясь, либо приходится самому куда-то уходить с рыбного места, заметая следы.

- И все же, я вижу, что Вы гораздо больше меня знаете и умеете в рыболовном деле, - уверенно заявил Антон. – И если Вы позволите, я счел бы за честь поучиться у Вас, Сергей.

- Вы скромничаете, Антон, - Елов ответил любезностью на любезность. – У Вас у самого очень даже неплохо получается. Вон какого красавца в траву отправили!

- До недавнего времени и сам так думал. Но мой красавец Вашему и в подметки не годится, и я видел, как Вы со своим лихо управились, а очевидные истины признавать умею. Поэтому мне очевидно, что о ловле карася-то уж Вы точно побольше моего знаете и потому прошу, если это не противоречит Вашим принципам, открыть мне хотя бы долю рыболовецких таинств. Если не откажете, стану весьма обязан.

- Что ж, попробую удовлетворить Ваше вполне понятное любопытство, - сдался Сергей и начал, старательно подбирая подходящие слова, понятия и фразы, рассказывать Антону об особенностях рыбы-карася.

Он говорил о поведении, образе жизни этого подводного обитателя и много о чем еще. А Антон внимательно слушал и задавал меткие уточняющие вопросы, чем очень радовал Сергея – никогда еще ему не попадался такой умный и терпеливый «ученик».

За время разговора было поймано еще много крупных рыб, но все до двух килограммов весом. Правда, большая часть улова значилась на счету Елова, а в конце концов, наступил момент, когда Антон и вовсе положил обе свои удочки на берегу и просто стоял рядом и наблюдал, как ловит Сергей. И опять же его интересовало все: на что ловит, какая прикормка, когда и как лучше подсекать и каким образом нужно вываживать крупную рыбу, – вопросы сыпались и сыпались. И Елову было очень приятно, что повезло встретить в далеком Прошлом настолько родственную душу…

Однако время уже перевалило за полдень, клев давно уже утих, и Сергей начал было собираться. Но Антон не хотел так просто расставаться с «кладезем рыбацких премудростей», как он уже успел окрестить Елова. И молодой рыбак предложил перед началом сборов выпить по глотку чудесного чая, заботливо припасенного им в двухлитровой стеклянной банке, укутанной шерстяной шалью, чтобы кипяток не остыл. Антон очень настаивал, и Сергей не хотел обижать молодого человека отказом, да и аромат из открытой банки донесся такой, что Елов не смог устоять от соблазна. Тем более, что «Правилами» подобное не исключалось.

Они сидели, пили превосходный горячий чай и мирно беседовали.

- Знаете, Сергей, я очень рад, что познакомился с таким прекрасным человеком и искусным рыболовом, как Вы. Очень хотелось бы продолжить знакомство, - говорил Антон.

- Взаимно. Очень рад был бы этому, но, к сожалению, долг службы заставляет меня не далее как после обеда сего дня покинуть Москву и отправиться в экспедицию в Сибирь.

- Что Вы говорите?! Какая жалость. А я наделся, что мы с Вами здесь еще не раз повоюем с карасями…

- Увы, - Сергей привстал с корточек и сладко потянулся.

- А знаете, что? Я увековечу нашу с Вами сегодняшнюю встречу в рассказе. Я тут пишу иногда с недавних пор в газету. И о Вас напишу – пусть вся Москва узнает, какие чудесные люди гостят порой у нас! А когда все прочитают, какой карасище в здешнем пруду ловится, то-то народ сюда повалит… Всенепременно напишу, - сказал Антон.

- Весьма интересно, - заметил Елов. – А о чем же Вы пишете в газету?

- Так, пустяки, - слегка зарделся Антон. – Мелочи всякие житейские пишу, забавные казусы разные…

- А откуда же Вы материал для рассказов берете? Сами придумываете, или пишете то, что видели, или, может, по разговорам других людей?

- Да всяко бывает. И так, и эдак, - Антон пожал плечами. – Чаще из жизни и то, что сам вижу. А вижу я, к сожалению, много гадости, подлости, мелочности, и пошлости, и глупости, а то и тупости людской, - лицо его при этих словах посуровело. Он вдруг замолчал и как будто о чем-то глубоко задумался, но через мгновение заговорил, как бы размышляя вслух. – Хочется избавить людей от этого, очистить. Ну, хотя бы попытаться. А как? Знаю я один выход, но ненадежный он.

- Какой?

- Известно, какой – смех. Высмеять все это. И каждый человек, в себе что-то нехорошее завидев, чтобы избавиться от этого, себя высмеять должен. Вырезать, так сказать, скальпелем насмешки, как хирург воспаленный аппендикс.

- А почему ненадежный?

- Да потому, что человек любит смеяться над другими, просто так, на худой конец, но не над собой любимым и вожделенным. В том и вся дилемма, Сергей, - Антон поднял веточку и стал выводить на земле какие-то фигуры.

- Да, это так, - согласился Елов.

Какое-то время они молчали, думая каждый о своем. Первым тишину нарушил Сергей.

- Ну, а сейчас какие-то интересные или смешные истории, достойные описания у Вас имеются, если не секрет? – спросил он, решив немного сменить тему и развеять откуда-то вдруг взявшуюся тоску.

- А как же, а как же нету? Есть-есть. Вот вчера только мне товарищ мой по учебе рассказал два очень занимательных эпизода. В одном два плотника в имении его батюшки полдня из-под коряги рыбу-налима тащили. Потом и пастух им взялся помогать, и еще кто-то. Уж сам барин чуть в холодную воду не полез – ан, взяли они его всем скопом, с-под коряги-то достали. Налимище черный, говорит, громадный. Уж рассуждать стали, какова печенка жареная вкусная из него будет да уха какая, а он, черт, как даст хвостом, и был таков!

- Ну, это первый, - сквозь смех проговорил Сергей. – А второй?

- А второй – там же произошел. Поймали мужика местного на рельсах за откручиванием гайки крепежной. Привели к следователю. Следователь крестьянина спрашивает, ты зачем, мол, гайку, отворачивал, не убийство ли людей, на поезде едущих, замышлял? А тот все «Чаво?», да «Чаво?», да твердит все одно, что гайка ему для удочки заместо грузила нужна была, потому как без грузила только уклею да шереспера ловить можно, а в их речке шереспер не водится. Таков вот рыболов-злоумышленник…

- Забавно. Даже презабавно, - Елов еле пришел в себя от разобравшего веселья. – И когда же свет узнает об этих событиях?

- Надеюсь, что довольно скоро. Хотя сейчас у меня для написания времени не много – экзамены впереди, а потом уехать из города тоже придется. Да вот еще рыбалка – тоже увлечение, времени требующее. Но когда-нибудь я обязательно об этом напишу. Ведь случаи, внимания заслуживающие, согласитесь, - Антон с улыбкой заглянул Сергею в глаза.

- Несомненно, - Елов ответил ему такой же дружелюбной и даже уважительной улыбкой. Не ожидал он, конечно, не ожидал вот так встретиться с таким известным человеком. Пусть даже известность к нему не пришла еще…

– Точно знаю, что получатся у Вас, Антон, превосходные рассказы, которые будут читать многие и многие поколения людей. И самое главное, что в Ваших произведениях каждый человек что-то найдет для себя. Поверьте, Антон, когда-нибудь Вы поймете: то, что Вы сейчас понемногу начинаете делать (я имею в виду Ваше творчество), возможно, окажется даже нужнее, чем профессия, которую Вы для себя избрали, - сказал Елов.

- Мне бы вашу уверенность, - ответил тот, и оба опять замолчали.

- Ну, что ж, пора, как говорится, и честь знать, - вздохнул Сергей. – Как ни приятно мне общение с Вами, но дорога ждет.

И дорога, действительно, ждала его и, действительно, в Сибирь. Елов рассчитывал в этот день (а точнее в ночь) половить на какой-нибудь Сибирской реке тайменя в своем Времени. Он договорился с Сашкой Логовым и Васькой Лапиным, что они скинут ему в нейрокомпьютер свои местовременные координаты, когда разобьют лагерь. Тогда Сергей к ним и прибудет. Координаты должны были поступить с минуты на минуту, поскольку уговор был на час - час тридцать дня, а время уже подходило.

Все дело в том, что модели таймтрансвертеров, позволяющие совершать хроноскачки в координату с точностью даже до часа, стоят слишком дорого и используются, в основном, в хронотуристических бюро. Модели, имеющие погрешность в минуты, а тем более, секунды, - те и вовсе не укупишь, да и вряд ли найдешь, поскольку они предназначены для нужд различных спецслужб. А обычный бюджетный таймтрансвертер, доступный любому гражданину планеты, работает по очень простому алгоритму: если вы хотите попасть в нужное вам место, скажем, ровно в семь тридцать утра, но на сколько-то лет (месяцев, дней) вперед или назад, вам всего-навсего надо нажать на кнопку именно в семь тридцать утра и ни секундой позже. Проще некуда, не правда ли? Так вот время уже приближалось к часу, а никаких вестей от друзей пока не было. Это казалось странным и даже вызывало беспокойство: ну, Сашка ладно – он пунктуальностью никогда не отличался, но Васька-то? Этот обычно, как штык – обещал в час, значит, в час все и будет. Уж не случилось ли чего? Успокаивало лишь то, что еще оставался запас в полчаса.

Время начинало поджимать, и Елов стал собираться, одновременно размышляя, как «покорректней» расстаться с Антоном. Не хотелось его обижать враньем – уж больно человек хороший. Но Антон сам предложил решение проблемы.

- Ой, Сергей! – воскликнул он. – Вы собираетесь уходить, а про удочку-то утащенную и забыли! А она вон, родная, плавает в пятнадцати метрах от берега. Видать, карась от крючка освободился, вот снасть и всплыла. Хотите, я сплаваю за ней?

- Нет-нет, что Вы, Антон. Вода холодная еще, и я себе не прощу, если Вы застудитесь и заболеете из-за какой-то палки с леской. Ни в коем случае! – отверг Елов щедрое предложение. – А лучше скажите-ка, нет ли у Вас где поблизости веревки? Мы привяжем к нему булыжничек, закинем чуть дальше удилища и начнем подтягивать – глядишь, и достанем.

- Веревка? А что?! Это мысль! Я у дворника спрошу – он как раз сейчас аллеи подметать должен. Подождите, я скоро, - и Антон быстрым шагом пошел вглубь парка и вскоре скрылся за деревьями.

Сергей тут же первым делом деактивировал свой лазерный садок, и огромные караси, пойманные им в это утро, постояв немного возле берега, неторопливо поплыли по своим делам, не совсем еще веря, что полностью свободны. И лишь самый большой – трехкилограммовый – пока не уплывал, и как будто смотрел с благодарностью на непонятного ему человека. Затем рыба развернулась и, словно на прощанье, громко плеснув хвостом, торпедой ушла в родную глубину. Елов достал интерпритатор и нажал на кнопку «Clear» - все заказанные им предметы на глазах исчезли. Все, кроме утащенной третьей удочки, – ничего, с ней разберется материальный нейтрализатор.

- Все. Теперь нейтрализатор памяти., - Сергей отключил фильтр в его настройках.

В этот момент Антон как раз нашел дворника и открыл рот, чтобы окликнуть и попросить у него веревку. Но вместо того, чтобы что-то сказать, вдруг широко зевнул (это единственный побочный эффект действия нейтрализатора памяти) и смущенно прикрыл рот рукой. Он постоял несколько секунд в раздумье, а потом, неожиданно вспомнив, что оставил на берегу пруда без присмотра свои удочки, быстро пошел по аллее к водоему.

Елов в это время уже ушел с берега и сейчас прятался в густых зарослях акации, недоумевая, где же обещанные координаты? Материальный нейтрализатор давно закончил работу: удочка, леска, поплавок, крючок, – все рассыпалось на молекулы, не выдержав нейтронный удар. И все следы, которые Сергей оставил на берегу пруда, были заметены – в прямом и переносном смыслах. Он с нетерпением и внутренним беспокойством ждал поступления данных от друзей и уже поднес указательный палец ко рту и стал щелкать, зацепляя ногтем за края верхних зубов. Это означало, что Сергей начинает нервничать. Но вот нейрокомпьютер выдал информацию о приеме сообщения, и Елов, было, облегченно вздохнул, как вдруг почувствовал ЭТО.

Подобное ощущение хорошо было ему знакомо: в голове, словно до предела натягивается тонкая струна и звенит постоянным, высоким, едва уловимым звоном; ноги и руки на мгновение наливаются такой тяжестью, что ими невозможно пошевелить; чувство реальности заметно притупляется, зато крайне обостряется другое чувство. Это бывает только перед…

Елов не успел додумать. Он вообще в такие моменты не мог совершенно четко рассуждать в реальности. На автомате Сергей ввел координаты из сообщения в свой таймтрансвертер, даже не взглянув на них. И напрасно. Ведь он вполне способен был бы увидеть, что данные совсем не такие, какие ожидались. Да и само сообщение – вовсе не от Васьки и не от Сашки, а с какого-то неизвестного LTP-адреса. Уж это-то его точно насторожило бы, даже в таком не совсем адекватном состоянии.

Нет, нельзя сказать, что Елов совсем ничего не заметил и не почувствовал: когда он уже нажимал на кнопку, его мозг зафиксировал какое-то несоответствие, но не успел разобраться – было слишком поздно. Сергей нажал на кнопку, и…

Продолжение следует...


От ведущего рассылки

Всем, кто пишет рассказы о рыбалке, предлагаю присылать их мне по e-mail  для публикации в рассылке. Можно присылать также рыбацкие байки и смешные истории. В письме необходимо обязательно указать, что Вы являетесь автором рассказа и разрешаете его публикацию в рассылке на некоммерческих условиях. При публикации рассказа рядом с Вашей фамилией или псевдонимом будет публиковаться Ваш e-mail (по желанию).
С уважением, Владимир Туманов.
tumanov@allfishing.ru

Рассылка выходит еженедельно (по пятницам).