Архив рассылки "Рассказы о рыбалке".

Выпуск № 110

ПЕТРОВИЧ ВСТРЕЧАЕТ НОВЫЙ ГОД

Автор: Дмитрий Соколов (редактор газеты "Рыбалка круглый год") sokol@infonet.nnov.ru

Это ведь сколько угодно бывает, что человек,
во всех отношениях нормальный, даже
рассудительный, на каком-то одном пункте
проявляет совершенную маниакальность.

Б.Акунин «Пелагия и черный монах»

Новый год Петровича позвали встречать в один из райцентров их обширной области. Волга как граница делила область на две почти одинаковые части: северную и южную. Петрович больше любил часть северную, таежную, где было куда менее многолюдно, и где можно было добычливо порыбачить и поохотиться. Поселок же N, где Петровичу предстояло тепло попрощаться со старым годом и встретить очередной, находился на юге области и располагался на реке Пьяна. Такому интригующему названию красивой речки, было два объяснения. Первое – то, что во время татаро-монгольского нашествия на этой реке изрядно подгулявшее русское войско порубала внезапно налетевшая татарская конница. Вторая версия указывала на то, что река здорово петляет, шатается туда-сюда как пьяная и, пробежав в таком веселом расположении духа не одну сотню километров, заканчивается недалеко от своего истока.

С этой рекой у Петровича были сложные отношения. Неширокая, Пьяна была местами довольно глубока, водилась в ней рыба всякая: и лещи, и язи, и щуки, и даже сомы. Но Петровичу, не раз приезжавшему в поселок N по приглашению друга, никогда не удавалось поймать на реке хоть что-нибудь достойное. Неизвестно, что было тому причиной: или недостаточное мастерство рыбака, или капризность местной рыбы, а, может, и то и другое вместе, но только кроме бесчисленных сорожек-лаврушек, густерок-фанерок, да окуньков-матросиков, ничего Петровичу на Пьяне не попадалось. “Может быть, зимой мне повезет больше, и я смогу подобрать ключи к загадкам местной рыбы?” – эта мысль была весомым аргументом в пользу поездки в поселок N на встречу Нового года, и Петрович дал согласие на участие в праздновании. Кроме местной супружеской четы, принимавших гостей в большом частном доме, Петровичу “светило” два дня мозолить глаза еще одной супружеской паре из города и двум бессемейным особам женского пола.

Приехали в поселок 31 декабря еще до обеда – предстояла большая предпраздничная программа. Собственно говоря, сама встреча Нового года – сплошное застолье, процесс приема пищи и алкоголя, перемежающийся смешными и не очень шутками, танцами и песнями под гитару. Такого восторга, какой вызывал любимый праздник в детстве, уже, конечно, не было, да и простой радости с каждым годом становилось все меньше. В необходимости веселиться в заранее известные сроки Петрович видел какое-то насилие, принуждение, и его свободолюбивая натура восставала против такого положения дел. Ведя борьбу с “обязаловкой”, Петрович несколько лет праздновал Новый год заранее, числа 25-26 декабря. Но приятели переженились, и холостяцкая компания, способная встретить Новый год когда угодно - хоть в июле – развалилась. Пришлось и Петровичу “делать как все”…

Незамужние особы сразу дали понять Петровичу, что все его ухаживания ни к чему не приведут, за что рыбак назвал их про себя “лесбиянками”. “Что ж, две бабы с воза – коню легче!” - с легкой душой подумал Петрович и, уже не “выпрыгивая из штанов”, не стараясь показать себя двум новым знакомым в лучшем свете, окунулся в водоворот приготовлений к празднику. Вскоре ему выделили фронт работ: подготовить к эксплуатации баню, ибо друзья Петровича свято блюли традицию, основанную Мягковым, Бурковым и Ширвиндтом: 31 декабря они парились.

Затопив печку, Петрович приступил к заполнению бака колодезной водой. Физический труд доставлял радость, хорошо себя чувствовали не только разминающиеся мышцы, но и мысли: суетливые и сбивчивые в городе, на свежем воздухе они упорядочивались и текли ровно, нередко подводя к довольно интересным выводам. “Вот бросить город насовсем, уехать в Акулиху, на Волгу, дышать чистым воздухом, рыбу ловить”. Собственно говоря, и бросать Петровичу в городе было особо нечего: с женой, детей с которой за десять лет совместной жизни они не нажили, он развелся, а его нынешняя работа, кроме зарплаты, ничем не радовала. И все же, рожденный и выросший в городе, Петрович прекрасно понимал, что уехать в деревню насовсем не сможет. Да, он любил приезжать в Акулиху, мог, особенно летом, жить там и неделю и две, чувствуя себя комфортно и не тоскуя по благам цивилизации. Но обрубить все концы и переехать в деревню навсегда, совсем – нет, к этому он был еще не готов…

– Петрович, ты что, заснул на ходу? – вывел его из задумчивости голос друга, - Иди в дом, предпраздничный обед готов!

Обед был хорош. Даже не верилось, что праздничный ужин будет более изысканным. Конечно, не удержались и наелись до отвала, не отказали себе в удовольствии и пропустить по три рюмки водки, настоянной на черносливе. До готовности бани еще было время, и Петрович пошел прогуляться на реку. В летнее время он не любил быть на реке без снастей: река, играя, соблазняла, манила неразгаданными тайнами подводных обитателей с неодолимой силой, и безучастно смотреть на реку было свыше его сил. Но зимний пейзаж укутанной льдом и снегом реки – дело иное. При виде такой картины не учащался пульс, не волновалась рыбацкая душа и все же… Как только Петрович стал думать: где завтра начнет бурить лунки, сразу захотелось бежать на лед, и, пробив окно в подводный мир, заигрывать с окунями и подлещиками, предлагая то “чертика”, а то рубинового мотыля на крючке мормышки.

Вернувшись, Петрович прошел сразу в баню – там уже вовсю шла работа: друзья, “ухая” и “крякая”, работали над разгоряченными телами вениками. Мигом скинув одежду, Петрович присоединился к честной компании. Много, очень много изобрело человечество за последние пару тысяч лет, но главным достижением человечества (если не считать разные хитроумные снасти для ловли рыбы) Петрович считал изобретение бани! Ковшик воды с эвкалиптом и мятой на раскаленные камушки - раз! Веничком, пушистым, из березы, дуба или можжевельника (тут уж на любителя) – два! Выбежав из бани, голышом, в сугроб –три! И человек обновляется, будто заново рождаясь, кайфует, живет! Три часа в бане пролетают как один миг. После такой процедуры и по стопке уместно, хотя лучше – горячий чай с лимоном и вареньем! А вот остыв, отпыхнув, можно и за стол.

Баня, убыстрив обмен веществ, пробудила у Петровича и его друзей зверский аппетит, и они с нетерпением ждали, когда женщины, доведя свою неземную красоту до блеска рафаэлевой Мадонны, выйдут к столу. Большой стол хозяев был уставлен – одно к одному – блюдами со всевозможной снедью. Традиционно присутствовали салат “оливье” и селедка под шубой. В судках, ожидая печальной участи, притаились заливная рыба и холодец. Колбасы и сыры нескольких сортов захватили центр стола и благоухали восхитительными ароматами, заставляя голодные организмы выделять слюну и желудочный сок. В бутылках недостатка тоже не было, хотя с домашними наливками и настойками хозяев никакой “фирменный” напиток конкурировать бы не смог – до того были хороши.

Провожая старый год, компания отдавала должное и напиткам и съестному, хозяин так блистал юмором, а хозяйка окружила гостей такой заботой, что даже “лесбиянки” расслабились, а, расслабившись, и сами стали смеяться над двусмысленными шутками и принимать в беседе самое живое участие. Петрович, обманутый показной свободой подружек, предпринял еще одну попытку показать себя в лучшем свете и сблизиться с одной (какой – было все равно) из женщин. Но его новые знакомые, видимо, любили только себя и друг друга – Петрович опять не имел у них успеха. Ничуть не огорчившись (он то знал, что стоит только “увеличить обороты”!) Петрович, посчитал донжуанскую часть “марлезонского балета” выполненной и увлекся беседой с друзьями. Мало-помалу часы приготовились бить 12, а гости – встречать Новый год.

Нет, все-таки Новый год – замечательный праздник! Баня, прекрасный стол, живое человеческое общение с не самыми глупыми людьми – все это, вкупе с дегустацией доморощенных напитков создало отличное настроение.

Когда пробили куранты и друзья прокричали несколько раз хором и вразнобой “ура”, заиграл гимн. Мелодия была до боли знакомой, а вот слов нового, российского гимна никто не знал. Зато все знали дословно вариант первый, советский того же уважаемого автора, а потому, ничтоже сумняшеся, пропели (скорее проорали) его. В конце концов, старый текст пели с не меньшим пафосом, чем мог быть исполнен новый, вполне отражая патриотические чувства компании.

Ночь прошла весело, а потому незаметно. Жены друзей, в первую свою молодость работавшие вожатыми в детских лагерях отдыха, были горазды на разного рода конкурсы и викторины, остальные поддержали почин, и все вместе, забыв о возрасте, работе и разных хлопотах, веселились как дети. “Выдохлись” только к утру. Нормальные люди, решив, что необходимо сделать тайм-аут и немножко вздремнуть, разошлись по комнатам, а Петрович, душа которого требовала продолжения банкета, взяв книгу, устроился в кресле с намерением дождаться рассвета и ознаменовать первый день Нового года выходом на лед. Известно ведь, что как год встретишь, так его и проведешь, и Петрович, суеверный как все рыбаки, настраивался на первую рыбалку 20.. года. Книга, волею судеб оказавшаяся у него в руках, была сборником рассказов А.П. Чехова. Великий писатель был к тому же заядлым рыболовом, и Петрович, гордясь общностью интереса, с удовольствием перечитал, кроме прочих, и “Налима”, и “Злоумышленника” и как всегда посмеялся от души.

Свет в комнате был настолько ярким, а шторы настолько плотными, что Петрович, зачитавшись, просмотрел, как за окном рассвело. Суетливо одевшись и собрав вещи, Петрович вышел из дома. “Ведь один об эту пору на реке будешь, чудик!” – подтрунивал над собой рыбак, но ноги все быстрее несли его к реке. К большому удивлению, на льду уже сидел коллега-пингвин. “Ну, по крайней мере, не буду чувствовать себя идиотом!” – подумал Петрович, а вслух произнес:

– День добрый, с наступившим вас!

– Ага, и вас, взаимно, - с готовностью откликнулся рыбак и, переходя на ты, - Что, тоже с супругой поссорился?

– Да, не поладил. С обоими!

– Ну, это по классике: за двумя зайцами нельзя.

“А ведь точно, - встрепенулся Петрович, - вчера оказывал обеим подругам одной меркой отмеренное внимание, никого не выделяя, оттого, наверное, и особого успеха ни у одной из них не имел”.

Расспросив нового знакомого о клеве, Петрович понял, что надеяться на приличную добычу бесполезно – местная рыба давно перешла на “глухозимный” режим и клевала из рук вон плохо. И все же для того, чтобы поддержать в глазах друзей марку умелого рыбака, надо было принести хотя бы десяток мелких окуней на символическую уху, и Петрович целиком отдался делу.

Окуни брали слабо: надо было применять самую тонкую леску и мизерную мормышку, чтобы увидеть, как на одной из проводок вдруг дернется, не в такт, кивок, сигнализируя о поклевке.

– Твою мать! – услышал Петрович за спиной возглас нового знакомого.

– Чем помочь, есть багорик, – пошутил Петрович, зная, что багорик коллеге сейчас не нужен.

– Да что-то приличное село, леска – в клочки! – с досадой сказал рыбак.

– И что здесь может быть приличного, в этом неприличном месте, - подзадорил Петрович.

– Ну, это ты зря! Здесь иной раз…

Что происходит на Пьяне иной раз Петрович не дослушал, поскольку после резкой, не в пример предыдущим, поклевки, подсек что-то по настоящему крупное. Подсек, и сразу почувствовал: не его рыба села, на тонкую снасть не вытянуть. Словно подтверждая его догадку, подсеченная рыба дернулась и леску-паутинку порвала.

– Прими меня в клуб неудачников, земляк, - попросил Петрович, - твой крокодил и мою мормышку стащил!

– Слышь, друг, как тебя не знаю, иногда в этом месте лещ берет. Редко, раза два-три за зиму, но наловить можно – во! – рыбак сделал жест, обозначающий много рыбы.

– Верю, что делать будем? Тонкая леска рыбу не держит, толще поставить – клевать перестанет…

– Не, если лещ – не перестанет, доставай потолще, не меньжуйся.

В ожидании следующей поклевки Петрович старался игрой мормышки привлечь внимание крупной рыбы, а в голове вертелась примета “как встретишь год, так его и проведешь”, и рыбаку очень хотелось поймать что-то приличное, обрыбиться путной рыбой: лещом или судаком.

– Земляк, что ты там насчет багра говорил? - с натужной улыбкой, пытаясь скрыть за ней волнение, спросил сосед.

Петрович, схватив багорик, метнулся к коллеге – тот уже подвел к лунке добычу. Опыта подбагривания у Петровича было мало, и он с полминуты не мог поддеть рыбину. Напускное равнодушие к происходящему с нового знакомого как ветром сдуло.

– Ты че копаешься, упустим ведь!

– Сейчас, сейчас, вот, готово.

Едва протащенный сквозь лунку, на льду оказался красавец-лещ. Закованный в бронзовую тяжелую чешую-кольчугу, лещ шевелил здоровенными мясистыми губами, не то ругаясь, не то моля о пощаде. Не пощадили, конечно, но друга для компании, что б не скучно одному было на льду куковать, доставили. Этого поймал Петрович. Был он чуть меньше предыдущего, но все равно на фоне мизерных окуньков выглядел настоящим гигантом.

– С почином, Глеб Егорыч! – поздравил сосед

– Не, не Егорыч, Петрович я, - представился рыбак.

– А я Альберт, будем знакомы!

За следующий час или полтора (Петрович в ожидании поклевок крупной рыбы не отвлекался на часы) они поймали еще четыре леща, Альберт подарил рыбе еще одну мормышку, и клев оборвался.

– Чай, месячную норму сегодня выполнил, - подтрунил над соседом Петрович.

– Да, редко средь зимы на Пьяне такое случается, - согласился Альберт.

– Ну, раз случай исключительный, надо отметить – приглашаю в кафе.

Два приятеля (нет, ничего так не сближает, как совместная рыбалка!), обмениваясь впечатлениями, дошли до кафе, куда и переместили свои бренные тела.

Первую выпили за знакомство. Подтрунивавшей над чудаковатыми рыбаками (кто ж ловит 1-го января?) барменше показали одного леща и выслушали несколько искренних комплиментов в свой адрес.

Вторую пили за щедрость реки Пьяны, которая, пусть редко, награждает своих самых преданных фанатов по-настоящему царской добычей. Налив по третьей, Петрович, довольный уловом, собой, рекой, новым знакомством и вообще всем на свете, предложил выпить за удачно начавшийся год, который, как известно, как встретишь, так и проведешь.


От ведущего рассылки

Всем, кто пишет рассказы о рыбалке, предлагаю присылать их мне по e-mail  для публикации в рассылке. Можно присылать также рыбацкие байки и смешные истории. В письме необходимо обязательно указать, что Вы являетесь автором рассказа и разрешаете его публикацию в рассылке на некоммерческих условиях. При публикации рассказа рядом с Вашей фамилией или псевдонимом будет публиковаться Ваш e-mail (по желанию).
С уважением, Владимир Туманов.
tumanov@allfishing.ru

Рассылка выходит еженедельно (по пятницам).