Архив рассылки "Рассказы о рыбалке".

Выпуск № 108

ПЕТРОВИЧ И ПРОГРЕСС

Автор: Дмитрий Соколов (редактор газеты "Рыбалка круглый год") sokol@infonet.nnov.ru

Как это прекрасно! Вот сейчас я подумал, что
влаге можно поклоняться, как поклонялись огню…
До чего это понятно - обожествление природы!
Какое это великое счастье - жить, существовать
в мире, дышать, видеть небо, воду, солнце!

И.А. Бунин "Тишина"

- Слышь, Вячеслав Федорыч, а ты продай мне свою технику? - обратился как-то в разговоре Петрович к своему акулихинскому соседу.

Сосед Петровича - Вячеслав Федорович - был преклонных лет пенсионером. Всю свою долгую, насыщенную событиями жизнь, он паял, строгал, рубил, сверлил и сколачивал. Был, что называется, на все руки мастер. К охоте и рыбалке тоже не оставался безучастным деятельный "левша": были среди его трофеев и рысь, и волки, и щуки без счета. К рыбалке, как к любому делу, относился он серьезно, а потому при первой возможности обзавелся катером "Прогресс" и мотором "Вихрь". Заядлый рыбак, он, вооруженный спиннингом, поплавочной удочкой или подпусками, объездил всю округу и знал в точности: когда, где и на что клюет местная рыба. С возрастом управляться с техникой стало тяжело, катер старика встал на прикол, а мотор прописался в кладовке его большого дома. Раз или два за сезон дед выходил на воду, чтобы повоевать с любимой им щукой, но совершал свои вылазки уже не под мотором, а на весельном дощанике - так было проще и надежней.

Петрович, стремясь расширить географию своих рыбалок, не раз и не два думал о возможной покупке катера с мотором. Вообще-то наш герой был противником прогресса и даже считал, что родился слишком поздно - в 19 веке, без телевизора, телефонов и машин ему бы жилось гораздо свободнее и спокойнее. Но, как сказано, времена не выбирают, в них живут и умирают, и Петровичу приходилось жить в современном, суетном и чересчур быстром мире. Конечно, он не боролся активно с благами цивилизации: не разбивал телефонов, не топил нарочно дорогих спиннингов и не выбрасывал телевизоров с балкона. Но все свое свободное время проводил на лоне природы, охотился, рыбачил, искал любой повод удрать из мегаполиса в деревню. Машины у Петровича, кстати, тоже никогда в жизни не было и отнюдь не по материальным причинам, кой-какие деньги водились. Да только, ценитель свободы, он не мыслил себя придатком железяки, и когда знакомые донимали его на этот счет вопросами, рассказывал им анекдот.

Встретились два приятеля. Один другому рассказывает, что машину купил:
- Сегодня масло поменял, в автосервис на развал-схождение сгонял, зимнюю резину на авторынке купил. Не представляю, как бы я это все успел, не будь у меня машины!
А вот катер… Катер по замыслу Петровича должен был не ограничивать его свободу, а, наоборот - открывать ей новые горизонты. Ближайшие заливы и протоки рыболов за три года облазил на резиновой лодке вдоль и поперек, а ему очень хотелось побывать и в "дальних пределах".

Сообразуясь с этими мыслями, Петрович и спросил соседа о возможной продаже катера и мотора. Старик, хитро улыбнувшись, признался, что давно ждал этого вопроса и сразу выдвинул два условия: первое - что никому другому Петрович технику до смерти старика перепродавать не будет, и второе - что три раза за сезон Петрович будет брать его с собой на рыбалку. Условия эти, как и цена, показались Петровичу приемлемыми, а потому соседи тут же "ударили по рукам".

Сделку "спрыскивали" в доме Петровича, ибо супруга деда могла, по его мнению, помешать "плавному течению беседы". Засиделись допоздна: Петрович был благодарным слушателем, а деду было чего порассказать. Слушая дедовы "мемуары", Петрович как будто очутился в Акулихе полувековой давности и с интересом узнавал о быте жителей процветавшего некогда села. Назавтра соседи решили спустить катер на воду и сделать пробный водно-моторный пробег.

Ночь, благодаря снотворному, выпитому накануне, пролетела, как один миг. Умывшись и попив чаю, Петрович вышел из дома. Старик уже копошился возле катера, готовя его к спуску на воду.
- Утро вечера мудреней, - огласил старую, как мир, истину сосед, - как, Петрович, не передумал технику приобретать?
- Ни в коем разе, Вячеслав Федорович, горю желанием восстановить забытые, но, надеюсь, не утраченные навыки.
- Тогда зови, кого покрепче - вдвоем мы эту посудину до воды не донесем, она без малого 200 кг весит.
- Может, по частям? - пошутил Петрович, но, поймав осуждающий взгляд соседа, осекся.
- Про лодку и реку сильно не шути, не любит вода вольностей. Это и спиртного касается.

Спустив лодку на воду и реанимировав находившийся несколько лет на консервации мотор, соседи, напутствуемые наставлениями супруги деда, отбыли в испытательный рейс. За румпелем Петрович не сидел давно, и теперь с упоением давал и сбрасывал газ, закладывал виражи и, заглушив мотор, снова рывком стартера заставлял его петь вечную песню о дороге. Дед, тоже бесконечно довольный, словно помолодел лет на 20, так приятно ему было снова, после многолетней разлуки, вновь прокатиться "с ветерком" на своем друге-Прогрессе.
- Ну, первый из трех наших совместных выездов, считай, осуществили. Не подумай, что тороплю, но если завтра на рыбалку возьмешь - буду счастлив. Ведь как будто молодость на час вернулась!

Петрович, верный уговору, пообещал зайти за соседом на зорьке. Вечер пролетел в подготовке к предстоящей рыбалке, а вот ночь выдалась долгой: Петрович в предвкушении все ворочался на печи, на которой взял в последнее время моду спать. И как бывает в подобных случаях, нормальный крепкий сон посетил его уже ближе к рассвету. Так что и в это утро сосед его опередил: к моменту выхода Петровича из дома тот сидел в лодке и ковырял какую-то железяку. Супруга деда опять, несмотря на ранний час, вышла их провожать, и дала наказ деду беречься, мол, не молод уже. Погрузив все необходимое, рыбаки отчалили от берега. Выбор места для предстоящей рыбалки был теперь просто огромен: тот путь, который на гребной лодке занимал полчаса, под мотором они проходили за две минуты! Напарники, потеряв из вида Акулиху, заглушили мотор и стали держать совет: куда ехать. Грубая снасть старика не позволяла охотиться с ней на осторожного жереха или судака. Точнее, и того и другого дед ловил, но весной, когда рыба была не такая пугливая, как осенью. По этой причине было решено ехать в заноги - большие волжские заливы, где водились, кроме прочей рыбы, матерые щуки и горбачи-окуни. До места, указанного дедом, долетели за считанные минуты. В заливе, в котором они оказались, присутствовало все, что нужно рыбе для вольготной жизни: заросли кубышек окаймляли берега по периметру, в одной трети залива громоздился коряжник, а дно было усеяно ракушками дрейссенами - излюбленным кормом "крупняка".

Раскладывая спиннинг, Петрович с удивлением увидел, что дед пристегивает к поводку самый, что ни на есть, спиннербейт.
- Вячеслав Федорыч, а ты, оказывается, рыбак продвинутый, на модные приманки рыбу ловишь? Эта штука "спиннербейт" называется, в зарослях и коряжках вещь и впрямь незаменимая!
- "Спиннинг-бей", говоришь? Нет, Петрович, эта штука называется "уголок", ей сто лет в обед, а как она рыбу ловит, мы сейчас поглядим.

Петрович еще настраивал свою снасть, а сосед уже сделал несколько забросов. Забросы у деда получались не дальние (далеко ли полетит даже тяжелая блесна на леске 0,8 мм с катушки "Невская"?), но в том месте, где они заякорились, особо дальних забросов и не требовалось.

Наконец, и Петрович, нацепив переднеогруженную вращалку-незацепляйку, сделал первый заброс. Чтобы удивить соседа, заброс делал почти в полную силу и дед дальность заброса блесны оценил. Однако первую рыбу, несмотря на свои суперснасти, поймал не Петрович, а его спутник. Здоровенный окунь, польстившийся на "уголок", был подведен к лодке и без подсачека в нее доставлен.
- Один - ноль, в пользу сборной советских снастей! - похвалил себя старый рыбак, любуясь раскрывшим острый "веер" горбачем. Глаза деда блестели, а рот расплылся в довольной улыбке.

Петровичу нравилась такая детская непосредственность в проявлении радости. Он и сам, выловив что-нибудь по-настоящему желанное, давал волю эмоциям. В конце концов, в погоне не за этими ли ощущениями ловят они рыбу? Прятать их в себе, корчить безразличие и апатию было глупо, а глупым человеком Петрович себя не считал. Поздравив напарника с почином, Петрович сосредоточился на ловле. Вскоре и он подвел к лодке окуня. Но этот был раза в два меньше дедова, а потому Петрович, из ложной скромности, как и дед, не стал пользоваться подсачеком и был наказан за свою халатность: некрепко сидевший на тройнике окунь в момент подъема из воды взбрыкнул и сорвался. Еще секунду его, уже свободного, было видно в прозрачной осенней воде, затем счастливчик дернул хвостом и был таков.
- Ешь твою медь, такого окуня упустил! - сокрушенно выдохнул Петрович и, обращаясь за сочувствием, посмотрел на деда.
- А нечего было пижонить. Подсак для чего-то нужен? - вместо сочувствия посыпал солью рану Петровича напарник и улыбнулся во все щербатое лицо.
"Умыл меня дед, - подумал Петрович, - как мальчишку умыл! Ну, погоди, первая щука будет моя!" Петрович снял вертушку и поставил "резину" - приличного размера виброхвост. Дед, смекнув в чем дело, необъявленный вызов принял и вместо уголка зарядил огромного размера колебалку, тройник которой был защищен самостоятельно напаянными усиками из стальной проволоки - от зацепов.
- Русское железо против американского гольяна! - провозгласил следующий тур неформального соревнования дед.
- Вячеслав Федорыч, откуда ты все знаешь? - удивился просвещенности деда Петрович.
- А ты, чай, думаешь, что я в журналах, которые ты мне приносишь, только картинки гляжу? Я еще и читать умею!

Петрович, не в силах сохранять серьезность, дедовой шутке рассмеялся. Действительно, подкидывал он рыбацкую периодику деду, а тот, оказывается, внимательно ее читал и делал свои выводы, увязывая новинки рыболовной промышлености с собственным богатейшим опытом.

Вдруг в двадцати метрах от лодки бухнула щука, и мальки как осколки от взорвавшейся гранаты рассыпались по водной глади. Петрович как раз был готов сделать следующий заброс, и теперь сделал его прицельно - прямо в расходившиеся от всплеска хищницы круги. Щука взяла сразу, еще без подмотки, на падении приманки. Петрович подсек и по сопротивлению понял, что щука села средненькая, килограмма на три. Пометавшись из стороны в сторону, хищница "разбежалась", и, выпрыгнув, лихо затрясла из стороны в сторону раскрытой пастью, а через секунду со всплеском рухнула в воду. Но уловка ее не прошла - крючок засел в челюсти надежно, и "свечкой" его выбить не удалось.

Возбужденный дед (а мало ли он видел в жизни щук, и не пора ли относиться к поимке очередной поспокойней?) ловко подсачил подведенную к борту хищницу и закинул ее в лодку. Петрович, выпутывая добычу из сетки, ждал от напарника слов восхищения, по крайней мере - поздравления, но дед подозрительно молчал.
- Вячеслав Федорыч, ты чего? - с тревогой спросил рыбак, отложив щуку в сторону.
- Домой лети, сынок, - бескровными губами прошептал дед, - Грудь сдавило… плохо…

Выбирая якорь, заводя мотор и разворачивая катер, Петрович без конца говорил старику какие-то глупости: что надо держаться, что скоро они приедут, что все обойдется и прочую хрень.      Дед, обхватив себя руками, съежился на сиденье и, уставясь в днище катера, молчал.

До села долетели за десять минут - дедова техника и на этот раз не подвела. Супруга старика словно чувствовала беду, находилась "на подхвате" - полоскала с мостков белье. Сразу поняв, в чем дело, женщина без лишних слов и суеты (могут ведь без бабьего крика, когда нужда припрет!) вместе с Петровичем отвела старика в дом. Там, уложив его на кровать, дала нитроглицерин и села на табуретку - ожидать улучшения. Мало-помалу жизнь стала возвращаться на серое лицо деда. Через несколько минут он уже попытался пошутить:
- Такой клев сорвал!
Увидев, что супругу становится легче, бабка дала волю своим чувствам и разразилась гневной тирадой. Досталось и деду, и рыбе, и, конечно, Петровичу:
- Ты что, не видишь, человеку 82 года! А ты его на рыбалку!
- Сколько?! - не поверил Петрович.
- 82, а ты думал - двадцать?
Петрович с изумлением поглядел на соседа - он никогда бы не дал ему больше семидесяти! Петрович тут же припомнил, как старик бегает с полными ведрами на коромысле, наполняя объемные баки дома и бани; как сам переколачивает две машины дров на зиму; как постоянно - когда ни зайди - постоянно чего-то пилит, режет, точит.… Откуда берет он жизненные силы? Ответ был очевиден, из окружающего мира: леса, воздуха, реки и берет…

Старый рыбак, довольный произведенным эффектом и многочисленными заботами о нем, хитро улыбнувшись, провозгласил:
- Сегодня амба, выходной. А завтра на зорьке в Черное поедем, там настоящие щуки живут - не чета твоему шнурку, - чем вызвал улыбку Петровича и очередной приступ гнева благоверной.


От ведущего рассылки

Всем, кто пишет рассказы о рыбалке, предлагаю присылать их мне по e-mail  для публикации в рассылке. Можно присылать также рыбацкие байки и смешные истории. В письме необходимо обязательно указать, что Вы являетесь автором рассказа и разрешаете его публикацию в рассылке на некоммерческих условиях. При публикации рассказа рядом с Вашей фамилией или псевдонимом будет публиковаться Ваш e-mail (по желанию).
С уважением, Владимир Туманов.
tumanov@allfishing.ru

Рассылка выходит еженедельно (по пятницам).